December 14th, 2015

Где живет нация?

В Люберце есть районная больница. Считается хорошей.
Сравниваю равматологию.
В Люберцах люди лежат в коридоре. Натурально лежат на кроватях, с тумбочками, куда заботливо кладут лекарства.
В национальном хирургическом центре в Москве палаты двухместные. Удобства в номере, что весьма актуально именно при травме. Ну не всегда больной человек добежит до конца коридора.
Я наверно что-то не понимаю?
В Люберцах лежал люди, которые не могу ни заплатить за себя, ни отказаться от лечения. Больше негде лечиться.
В Москве в центре часто лежат люди из городов России по квотам, по ДМС и платно. Людей по квортам можно пересчитать по пальцам.
Как я понимаю, народ, то есть нация, живет все-таки в городах России. А значит национальные центры должны быть там? Почему больного человека надо тащить через  всю Россию в Москву?
Что я и в каком месте не понимаю?

Подслушала и подглядела.

В лифте беседуют женщины-медработники:
- Ты платье на корпоратив купила?
- Нет еще. Везде платья с коротким рукавом, а мне нужно с длинным - в театры ходить с мужем.
- А я купила! А Ольга два купила, не могла выбрать! -
-  И где она покупала?
- У себя в районе. Там можно и за 5 или 10 тысяч прикупить!

 В легком шоке наябеднячала мужу. Тот сначала не понял. Обьясняю:
1. женщины зарабатывают достаточно, чтобы покупать себе платья за 5-10 тысяч рублей. Даже два.
2. достаточно, чтобы ходить в театр да еще с мужем. Вы в курсе сколько стоят билеты в театр? Теперь умножьте на 2.

А еще, в хирургическом отделении медсестры и женщины-врачи ходят с макияжем и красивыми прическами. Т.е. совсем красивые и ухоженные.
Знаете почему? Там  все врачи-хирурги  - мужчины!! И только одна хирург - женщина.
А в нашем отделении нейрореабилитации все наоборот. И медсестры не такие красивые.
Как всегда инь и янь.
Хотя некоторые инструкторы с отделения ЛФК весьма и весьма симпатичны. И строят глазки некоторым медсестрам... Но это скорее исключение.

Как сказала моя мама - ты зачем туда ездишь: дежурить или послушивать?
Это я ей еще не рассказывала... как однажды я увидела... белку на елке перед нашим корпусом! Белка шустро прыгала с дерева на дерево и вызывала какой-то детский восторг. Белка собрала около окна пациентов и сопровождающих, стала хитом отделения и теперь ей не грозит голод: пациенты из молочной бутылки смастерили ей крмушку и ходячие носят еду.

Торопыги.

Мы, люди, жуткие торопыги. Мы хотим все и сразу. Прямо сейчас. И никак иначе. Хорошо хоть дети рождаются через девять месяцев и у будущей матери есть время стать матерью своему ребенку. Представляете, если бы и дети рождались сразу? Раз-два - и готовый малыш стоит рядом с вами. Нет процесса познания, нет удолетворения от проделанной работы. Зато есть желание получить то, что еще не заслужил. Говоря человеческим языком - не заработал. Как результат - не ценишь то, что свалилось тебе само собой.
Почему у наших предков было правильное восприятие реальности? Они жили среди природы, сами растили злаки, потом поливали, а женщины потом со страхом потерять щепотку муки или зерна, готовили еду.
Беда нашей цивилизации в полном отсутствии понятия сущности вещей как таковых. Зато есть невероятная хотючесть и детское рукосуйничество. Не подумайте ничего плохого. Просто мы живем методом тыка. Даже если этот тык теоретически обоснован. Но нет глубокого понимания! Нет отдачи процессу создания. Есть инструкция, каждый пункт которой гарантирует результат.
Знаете чем отличается понимание процесса от просто делания?
Когда ты находишься в процессе, ты ждешь результата. Он может наступить после 1000 опыта.
А инструкция гарантирует наступление результата после первого опыта/использования.
То есть? Есть обезьяничание. Есть потребительство. Созиданием в данном случае и не пахнет.
Я осознаю, что написала жутко философский текст. И мало кто поймет его прикладное значение.
Не спешите.
Никогда.
И, да! В мире много вещей, сути которых мы не понимаем, но используем. Например, создаем красоту вокруг себя. Каждый день. Хотя хаос стремится перемешать предметы и застыть навечно в пространстве, которое каждый называет по-своему. Кто домом, кто квартирой.
Но все-таки, иногда это получается. Создать красоту. А потом вкатывается хаос в виде троих сорванцов и опять начинается борьба.
Я не спешу. Я понимаю: через двадцать-тридцать лет дети превратятся в жутких зануд, типа меня, и педантов, как наш папа. Они будут приходить к нам в гости и учить нас жизни. Или ругать меня за неправильно положенную вещь.
Но! Я буду уже в другом витке развития. И меня это будет смешить и забавлять. КаК ЗАБАВЛЯЕТ моих детей мое маниакально стремление к порядку в квартире.